Рецензия на альбом Александра Рыбака «Fairytales Too»: Старая, старая сказка…

2026, Alexander Rybak.

В 2009 году 23-летний Александр Рыбак победил на проходившем в Москве конкурсе «Евровидение». Его песню «Fairytale» сразу полюбили и признали хитом и публика, и жюри — не такой уж частый случай на «Евросонге». Рыбак родился в Минске, в детстве переехал в Норвегию, которую и представлял на конкурсе, пел на английском, интервью давал на русском. Такой космополитизм определённо должен был помочь в дальнейшей карьере, но что-то пошло не так. Лейблы так и не поняли, как и куда продвигать Сашу с его хитом, скрипочкой и обаянием. Например, на Universal Music Russia он входил не в зарубежный каталог, а в локальный. В итоге Рыбак так и не определился, двигаться ему в Европу или покорять постсоветские страны. «Fairytale» до сих пор звучит по радио и слушается с удовольствием, но повторить этот успех Саше так и не удалось.

В новом альбоме он напоминает про свой главный хит – тут и название, и образ на обложке. Выглядит Александр лет на десять моложе своих лет, скрипка при нём, так что всё будто бы готово к триумфальному возвращению. Но песни, которые Рыбак пишет сам, звучат довольно специфично, и это тоже может создать сложности с позиционированием. Пластинку открывает «Lindy Hop» — позитивный танцевальный номер, который просится в какой-нибудь мюзикл. Впрочем, фирменная скрипочка навевает мысль о… почему это сразу о кабаке? может, о кабаре. На песню «Rise» Александр делает определённую ставку – она даже выпущена отдельным синглом; трек получился эклектичным – тут и этно, и намёки на «Fairytale», и некий вайб эстрады 70-х. Привлечёт ли он поклонников таких разных жанров? «The Breakup» — это медляк, достаточно нежный и тоже отдающий ретро-эстетикой.

«Just a Closer Walk with Thee» вновь похож на мюзикловый номер с уклоном в кантри, а «American Dream» — торжественная вариация на тему американского гимна: очень неожиданно слышать такое от Рыбака, но номер кажется больше курьёзом, чем прорывом. «Benzo» — немного заунывная баллада с налётом некой ирландщины. «Psycopath» напоминает кантри, когда вступает скрипка, а когда она умолкает, песня становится довольно бесцветной. Финальная «Baby Mama» больше других похожа на «Fairytale», но без её хитового потенциала. В целом альбом выглядит как любопытная хроника творческих поисков, но не как продукт, которого только и ждал потребитель.

Алексей Мажаев, ИнтерМедиа